Беларусь: шанс упущен

Беларусь: шанс упущен
Благие пожелания и суровая реальность

Поскольку вчерашний мой текст о ситуации в Беларуси вызвал довольно оживленное обсуждение, хочу прокомментировать/ответить на основные моменты/возражения, затронутые читателями.

Прежде всего, по поводу упрека, что я даю советы «из безопасного немецкого далека».

Менее всего я желал бы давать советы или попрекать чем-то людей, выходящих под дубинки лукашенковских карателей. Почти два месяца после прошедших в Беларуси выборов я воздерживался от каких-либо оценок выбранной протестной тактики. И во вчерашней статье, вызванной желанием возразить Лилии Шевцовой, оценивая мирную тактику белорусов как неудачную, которая не привела и, скорее всего, не могла привести к успеху — свержению тирана, я не случайно сослался на людей, прошедших Майдан. По сути, всё, что я написал по части тактики протеста, — это компиляция их мнений и рекомендаций, а они знают, что говорят.

И факт, что выбранная тактика сопротивления диктатору оказалась неудачной, не перестанет быть фактом от того, что эта констатация кому-то неприятна или озвучена «из какого-то далека»: украинского, немецкого или вообще марсианского.

Теперь по существу ситуации.

Многие читатели справедливо отметили, что в Украине все годы её независимости открыто действовали оппозиционные партии, в Раде всегда наличествовала сильная оппозиция, налицо огромной спектр свободных СМИ — телевидения и прессы. Это не идет ни в какое сравнение с Беларусью, где все свободное и живое за 26 лет закатано Лукашенко под асфальт. Поэтому неправомочно и гибельно требовать от белорусов протестов по сценарию Майдана.

Но, если вдуматься, это ведь лишний довод в пользу того, что мирный протест белорусов не мог и не может привести к успеху: если даже в свободной по сравнению с Беларусью Украине, где были реально действующие, а не декоративные демократические институты, оппозиционные партии, относительно свободные СМИ, конкурирующая элита, отстранение зарвавшегося Януковича не могло быть достигнуто мирным протестом — понадобился Майдан, то о каком успешном мирном протесте могла идти речь в Беларуси, полностью подмятой под себя диктатором?!

А то, что в Украине, как написали некоторые читатели, были готовые для сопротивления структуры — типа отрядов «Правого сектора», не соответствует действительности. Эти структуры возникли стихийно, по ходу разворачивавшегося Майдана — в ответ на бесчинства «беркутовцев». А в Беларуси предпочли на бесчинства лукашенковских карателей подставлять другую щеку, надеясь, очевидно, что это их остановит.

Не понимает автор — написали очень многие комментаторы — что на данном этапе, в условиях слабого, несформированного гражданского общества, при закатанных под асфальт демократических институтах белорусский протест априори не мог привести к успеху. Ни мирный протест не мог бы, ни тем более силовой — только бы дали повод диктатору, у которого всё схвачено, жестко и жестоко подавить его.

Я как раз считаю (это мои сугубо субъективные ощущения), что где-то в районе 15 августа Беларусь была близка к победе, оставалось сделать еще небольшое усилие — но усилие именно силовое — чтобы додавить ситуацию. Не случайно — вспомните! — Лукашенко в панике бросился к Путину, взывая о помощи, и не случайно, кстати, 14 августа Лилия Шевцова опубликовала свой текст под ликующим названием «Игра закончена. Он проиграл». Ощущение близкой победы революции действительно было тогда разлито в воздухе.

Но если правы критикующие меня пессимисты и шансов на успех ни при какой тактике действительно не было — какой тогда вообще был смысл выходить на улицу с протестами? Только лишь для того, чтобы дать возможность лукашенковским опричникам поупражняться в своём садизме?

Мне хором говорят: в Беларуси формируется гражданское общество, люди набираются опыта и на следующем протестном витке добьются большего. Причем так считают не только читатели, но та же Лилия Шевцова, которая уверена, что прошедшие протесты «подрывают жизнеспособность правящих систем. Они формируют социальную и культурную среду будущего общественного подъема, который приобретает генетический опыт», в результате в Беларуси быстрыми темпами идет «взросление и политизация гражданского общества». Так-то оно, может быть, и так, но будет ли ещё у белорусов возможность применить накопленный опыт? Ребята, вы всерьез думаете, что Лукашенко не сделает никаких выводов из протестов, чуть не стоивших ему власти (а то и свободы, и даже жизни), и будет сидеть ждать нового подъема?

Из истории, особенно отечественной, нам должно быть хорошо известно, что всякая неудачная попытка революции оборачивается неминуемой реакцией. В случае Беларуси ситуация отягощается особенностями психотипа Лукашенко, его диагнозом «мозаичная психопатия» (см. об этом мнение минского психиатра Дмитрия Щигельского) — да просто пережитым им страхом в середине августа, когда его власть висела на волоске! Думаю, в те дни он ощущал себя крысой, загнанной в угол, и он реально был этой крысой — об этом наглядно свидетельствовала охватившая его паника.

Теперь непосредственная опасность миновала, он пришел в себя, почистился, тайно инаугурировался. — Все. Финита ля комедия. Шанс, если он вообще был, потерян.

Можете не сомневаться: он проведет такую основательную работу над ошибками, чтобы исключить малейшую возможность повторения подобных протестов в будущем. Усилит репрессивный аппарат, умножит спецслужбы, еще больше натаскает на людей своих цепных псов.

Да, вы правы: нельзя сравнивать ситуацию в демократической Украине и в деспотической Беларуси. Но потом, когда Лукашенко окончательно закрутит гайки, эта разница станет ещё более разительной! Каким образом при этой ухудшившейся ситуации можно надеяться на победу народной революции, тем более мирной революции?!

Можно сколь угодно долго уговаривать и утешать себя и публику взрослеющим гражданским обществом и будущим общественным подъемом — но если перестать выдавать желаемое за действительное и взглянуть суровой реальности в глаза, которая от того, что она не совпадает с нашими благими пожеланиями, не перестает быть суровой реальностью, то следует признать, что никакого общественного подъема при живом Лукашенко больше не будет. Всякий общественный подъем будет теперь пресекаться им на корню. Превентивно пресекаться. — Или я ничего не понимаю в сути напуганного на всю жизнь Лукашенко. Который и так был болезненно мнителен и подозрителен — а теперь будет втройне. Как Сталин в конце жизни.

Закатал, говорите, Беларусь под асфальт? — А теперь он всё закатает под железобетон.

Очень хотел бы в данном случае оказаться напрасным «плакальщиком», даже посрамленным «плакальщиком», но, боюсь, смена режима в Беларуси вследствие народного протеста теперь практически исключена. Как бы в будущем ни повзрослело гражданское общество Беларуси. Собственно, Лука сделает все, чтобы не позволить ему повзрослеть.

Теперь, помимо естественной причины, когда бацька в силу биологических законов пойдет на повышение, я вижу только два возможных варианта смены режима: или верхушечный переворот, или же Путин все-таки решит, что пора найти несговорчивому коллеге замену, и организует его вывоз в Ростов или же просто пошлет к нему какого-нибудь нарочного с порцией «Новичка».

Вадим Зайдман

і